Ковалёв Юрий

КОВАЛЕВ Юрий Иванович

Родился 20 февраля 1955г. в г. Почепе Брянской области. Учился в Ленинградском высшем военном училище военных сообщений им. М.В. Фрунзе. Писал стихи с курсантских лет. В молодежной газете «Смена» в 1976 г. они были впервые опубликованы. Первый поэтический сборник «Рукопожатие» был выпущен в 1982 г. 

Участвовал во всероссийских, зональных, краевых семинарах молодых литераторов, автор сборников стихов «Душа подобна камертону», «Холода приходят с Востока».

Член Союза писателей России. Живет в Хабаровске.

КУРСАНТСКИЕ СТИХИ

Не вычеркнуть, не позабыть
Курсантский строй, армейский быт,
Определённые судьбой мне:
Сигнал побудки по утрам,
Все снегопады и ветра,
И юность, как патрон — в обойме…

Ах, как мы спали, как мы спали,
Бессильно руки бросив вниз!
Как будто впрямь в боях устали,
Как будто вправду были в них!

Ещё пока что не мужчины,
Уже не мальчики почти…
Творили первые морщины
На лбах неясные пути.

В армейской форме так любимы,
Армейской выправкой горды,
Армейским бытом так ранимы,
Но, слава богу, не худы!

Потрясены командой бравой,
Мы застывали на плацу —
И яркий отблеск бранной славы
Гулял по каждому лицу!

Нас жизнь к себе манила властно:
Нежнее девичьей руки,
Касалась бритвой безопасной
Округлой ямочки щеки.

Мы представляли жизнь атакой —
На ложь, на подлость и на рать.
Мы были молоды, однако
Уже учились умирать.

Ещё нам снился дом упрямо,
Уже грустили мы о нём.
И вдруг срывалось чьё-то:
 — Мама! —
В ответ на грозное: — Подъём!…

НА РЫНКЕ

Жми на клавиши, слепой,
В этом скверике убогом
Мы — посредники с тобой
Между Музыкой и Богом.

Согревает твой огонь
Всех вокруг, а это значит,
Что не зря душа-гармонь
На ветру поёт и плачет.

Я вот тоже — слаб и слеп,
Не привык к успехам скорым.
Зарабатываю хлеб
Никому не нужным вздором.

Мы ведь оба — старики,
И действительно похожи,
Подбираем медяки
Снисходительных прохожих.

* * *

Слезами тебя окроплю…
На клумбе, заросшей травою,
Я белую розу люблю.
Я бедную душу неволю.

Клонилась от ветра, ждала,
Потом — навсегда позабыла…
Стремительно ты отцвела.
Мучительно ты отлюбила.

Мороз лепестки опалил,
Но ты несравненна, и всё же 
Нарядные сестры твои
Стройнее тебя и моложе.

Я плакал, а может — кричал,
Такая тоска одолела!
На клумбе моей, как свеча,

ПРОЩАНИЕ

Вещи уложены, связаны.
В комнате свет не горит…
 — Вы мне ничем не обязаны, —
тихо она говорит.

То улыбнётся растерянно,
То поглядит на него…
Прибрано всё и расстелено,
да не понять — для кого.

Города шум несмолкающий.
Гаснущий свет из окна…
Он не поверил пока ещё,
что не вернётся она.

Господи, всё уже брошено!
Прыгает чашка в руках…
Вспомнить бы что-то хорошее,
да не выходит никак.

Всё уже, видимо, сказано
и пережито сполна…
 — Я вам ничем не обязана,
шепчет и шепчет она…

* * *

Сквознячок одиночества
Двери мои приоткрыл.
Было зябко душе,
А на улице — подло и сыро…
Он возник будто сон,
Или трепет неведомых крыл,
Или просто озноб,
Оттого, что остыла квартира.
Я бы проклял тебя —
Только этого делать нельзя!
Я бы все позабыл —
Только так, извини, не бывает…
Посторонние люди
В мои записались друзья…
Нелюбимые женщины
Двери мои открывают…
Сквознячок одиночества
Душу ожёг холодком…
Есть друзья у меня —
Я ему до поры не поверю.
Есть любовь у меня —
Я ведь с нею почти не знаком…
Кто же плачет и бьётся
В мои незакрытые двери?

ХАБАРОВСКУ

Я люблю этот город.
На тысячи лет 
породнившись с рекой, тополями, травой,
он разлапистым тигром ступал по земле,
и смыкалась тайга над его головой.
И когда заполошно горели леса,
и казалось, что все покорились беде,
то, быть может, не звери и птицы —
он сам,
задыхаясь от дыма, бросался к воде.

Я люблю этот город.
Он тем и хорош,
что в каком бы раю ни блаженствовал ты,
но к нему прилетишь,
прибежишь,
приползёшь,
чтобы снова влюбиться в родные черты.
Я люблю этот город и в дождь, и в пургу,
и в чужие края убежав от забот,
я, наверное, жить без него не смогу,
да и он без меня будет вовсе не тот…

одежда для собак

голицынский кирпич

johnson s baby

Костюм Мужской со скидкой: мужские джинсы интернет магазин.